• Приглашаем посетить наш сайт
    Житков (zhitkov.lit-info.ru)
  • Cлово "РАБОТАТЬ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D F I L N O P S T V
    Поиск  

    Варианты слова: РАБОТАЛ, РАБОТАЕТ, РАБОТАЯ, РАБОТАЮТ

    1. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 4.
    Входимость: 20. Размер: 66кб.
    2. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 3.
    Входимость: 14. Размер: 81кб.
    3. Любимова И.: Евгений Иванович Чарушин.
    Входимость: 7. Размер: 9кб.
    4. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 2.
    Входимость: 7. Размер: 30кб.
    5. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина.
    Входимость: 6. Размер: 34кб.
    6. Захочешь есть - говорить научишься
    Входимость: 4. Размер: 6кб.
    7. Чарушин Евгений Иванович (с сайта funeral-spb.narod.ru).
    Входимость: 3. Размер: 19кб.
    8. Герасимова Д.: Чарушин Е. И. Волшебный мир зверей и птиц.
    Входимость: 3. Размер: 20кб.
    9. Чарушин Евгений Иванович (с сайта biography-peoples.ru)
    Входимость: 2. Размер: 7кб.
    10. Габбе Т.: Евгений Чарушин.
    Входимость: 2. Размер: 15кб.
    11. Бродский И. А.: Послесловие к книге "Болтливая сорока".
    Входимость: 1. Размер: 2кб.
    12. 110 лет со дня рождения Евгения Ивановича Чарушина (100 имен: биографический словарь - 1999).
    Входимость: 1. Размер: 6кб.
    13. Медвежонок.
    Входимость: 1. Размер: 3кб.
    14. Фоняков И.: По книжке Чарушина бродят бурые медвежата.
    Входимость: 1. Размер: 5кб.
    15. Глоцер В.: Мир Евгения Чарушина (рецензия на книгу Э. Кузнецова "Звери и птицы Евгения Чарушина").
    Входимость: 1. Размер: 12кб.
    16. Шейкина С. А.: Литературный календарь. Чарушин Евгений Иванович.
    Входимость: 1. Размер: 7кб.
    17. Медведь-рыбак.
    Входимость: 1. Размер: 10кб.
    18. Лесной котенок.
    Входимость: 1. Размер: 4кб.
    19. Пунька и птицы
    Входимость: 1. Размер: 3кб.
    20. Моя первая зоология.
    Входимость: 1. Размер: 19кб.
    21. Ивановская областная библиотека для детей и юношества: Евгений Иванович Чарушин.
    Входимость: 1. Размер: 6кб.
    22. Болтливая сорока.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 4.
    Входимость: 20. Размер: 66кб.
    Часть текста: Потом война придвинулась ближе — ближе некуда: с Карельского перешейка доносился гул пушек, по всему Ленинграду было строжайшее затемнение, а в подъездах тускло засветили больнично-тревожные синие лампочки. Финская война кончилась быстро, но тревога осталась до июня 1941 года. Правда, когда началась война, первое время казалось, что все еще как-то обойдется и можно не уезжать. Чарушин попробовал делать плакаты в агитационном коллективе «Боевой карандаш» и успел напечатать литографированную сатирическую открытку «Фашистский волк». Работа эта была явно не по его возможностям, но во время войны о таких вещах не задумываются. Потом положение стало тревожным, начались бомбежки и обстрелы. После событий под Лугой стало ясно, что уезжать необходимо и можно не успеть. Они успели — попали в один из последних эшелонов, везший коллектив Большого драматического театра, по удивительному стечению обстоятельств, в город Киров, то есть в бывшую Вятку, на родину. «Они» это были: Чарушин, его отец Иван Аполлонович, незадолго до того переехавший в Ленинград (а мать давно умерла), жена и сын Никита. Поезд шел семь дней. Сначала — под почти непрекращающуюся бомбежку. Ложились на нары все вместе, кучей, Никиту клали снизу: умирать всем вместе. Но пронесло. После Волхова стало вдруг тихо, и тишина показалась еще страшнее, зловещее. В Кирове первое время — некуда больше было деться, уже наступала зима — приютились у матери Натальи Аркадьевны и жили вшестером в одной комнатенке. Потом отец Юрия Васнецова отдал им под жилье маленькую баньку (сам Васнецов попал в Пермь, эвакуировавшись вместе с родственниками жены). Банька— шесть квадратных метров. От печи — угар, от двери — холод. Морозы были настоящие, вятские — лютые, до сорока...
    2. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 3.
    Входимость: 14. Размер: 81кб.
    Часть текста: и Чарушин, как вспоминали современники, стал приходить в детскую редакцию Ленгиза не только к Лебедеву, ведавшему художественной частью, но и к Самуилу Яковлевичу Маршаку, ведавшему частью литературной, и просиживал у него в тесной комнате, на знаменитом диванчике, на который можно было сесть, только отодвинув слегка стол. И Лебедев уже начинал хмуриться, посматривая на эти все затягивающиеся литературные сидения. Ревновал? Может быть, и ревновал, но главным было не то. Он убежден был, что художник обязан высказываться исключительно «средствами своего искусства... Он не мог простить Чарушину, что тот еще и пишет рассказы. Значит, он недостаточно одарен в своей области, если его тянет в соседнюю» 17 . Понимая своего ученика как художника (может быть, так, как тот сам себя не понимал), Лебедев оказался нечуток к нему как к человеку. В литературу Чарушина привели не неудовлетворенность собой или недоверие к себе как к художнику, и не жажда славы, и не желание утвердиться и здесь. Не подвижник, не фанатик, не честолюбец, жизнь свою он воспринимал цельно и не в силах был разделять на что-то главное (чему надо посвящать себя целиком) и не главное (без чего можно обойтись). Недаром в одной из своих поздних статей, объясняя ребятам, что такое родина, он писал: «А ведь родина — это и запах сосны и ели, и аромат полей, и поскрипывание ...
    3. Любимова И.: Евгений Иванович Чарушин.
    Входимость: 7. Размер: 9кб.
    Часть текста: Он окончил Академию художеств, где обучался живописи у художников А. Е. Карева, М. В. Матюшина, а также А. И. Савинова, А. А. Рылова. Но, получив серьезную живописную школу, он после Академии живописью занимался мало. Его товарищи Н. И. Костров, В. И. Курдов, Ю. А. Васнецов прежде, чем определиться в направленности своего творчества, отдали дань современным живописно-пластическим поискам, увлекаясь теорией «расширенного смотрения» Матюшина или супрематизмом К. С. Малевича. Чарушина же тянуло в другую область - книжную графику, куда он скоро вошел со своей с детства любимой темой. С малых лет художник дружил с животными и птицами. «Все мое детство, - рассказывал он, - самые яркие впечатления связаны с животными, которых я сам ловил, воспитывал или просто читал о них». Это был мир, с которым ему не хотелось расставаться. Поэтому Чарушин с радостью начал работать в детской книге. Сюда пригласил его художник, руководитель художественной редакции Детского отдела Ленинградского отделения Госиздата В. В. Лебедев. Он оценил в рисунках Чарушина его серьезные знания зверей и птиц. Этому Лебедев придавал большое значение, так как считал важным в воспитании ребенка развивать в нем чувство любви ко всему живому. Большую роль здесь должна была сыграть детская книга о животных. Знакомство Евгения Чарушина с писателями В. В. Бианки, С. Я. Маршаком, Е. И. Шварцем, Б. С. Житковым окончательно убедило его в правильности выбора своей темы, чему он посвятил всю дальнейшую творческую жизнь. Первой работой художника были иллюстрации к рассказу Бианки «Мурзук» (1927). Уже здесь проявились главные стороны его таланта. Автор не ставил задачу анатомически правильно изобразить зверя, а стремился раскрыть его характер. Показав беспомощность маленького рысенка, потерявшего мать, Чарушин заставил читателя волноваться за его судьбу. Малыши Евгения Чарушина и в других книгах привлекательны своей неуклюжестью, повадками....
    4. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 2.
    Входимость: 7. Размер: 30кб.
    Часть текста: Вяткой-ре- кой — осталось позади. Новое — Петроград, малолюдный и мрачноватый, город, выметенный метлой революции, гражданской войны, голода и разрухи, город с торцовыми мостовыми и барками вдоль набережных, город с длинными, уходящими за горизонт проспектами и высоченными домищами, теснящимися друг к другу одной сплошной стеной. В нем узнавалось и не узнавалось все, что раньше было известно по книгам, открыткам, картинкам, рассказам, — все оказывалось на месте и вместе с тем не таким, как представлялось раньше. Студенческая жизнь была трудная, но по молодому энтузиазму переносимая, а в чем-то и увлекательная. Бедные были все, и устрашающе. Традиционный бесплатный хлеб в столовой спасал многих. Одеждой студенты предвосхищали будущих хиппи: шинели, драные полушубки, дамские салопы, кое-как самодеятельно приспособленные к потребностям иной жизни. Экономили на носках, покупая чулки и обрезая и подвертывая их, когда они снашивались. При всем том пытались франтить. Чуть ли не сами шили себе наимоднейшие штаны-гольфы. Из Вятки бабушка слала Чарушину и его друзьям шерстяные носки домашней вязки — пестрые, с петушками, с узорами. С гольфами такие носки выглядели почти элегантно. Самому Чарушину жилось несравненно лучше других. Правда, он еще донашивал штаны, сшитые из суконной скатерти, на которой от влаги начинали проступать споротые узоры. Но зимой он ходил в роскошной пыжиковой шапке и в мохнатой куртке из собачьего меха. Он все время получал из дому посылки с ...
    5. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина.
    Входимость: 6. Размер: 34кб.
    Часть текста: своей, на вятской. И само собой повелось считать, что будущего художника воспитала благодатная природа вятского края. Край в самом деле чудесный. Зеленые леса и синие реки. В лесах полно зверья, в реках — рыбы. Лето жаркое, зима студеная. «Отец брал меня во все свои поездки... Ездили мы и днем и ночью, лесами и лугами, в пургу и осеннюю непогоду... И волки за нами гнались, и въезжали мы на токовища тетеревов, и глухарей вспугивали с вершин сосен. Случалось, что и в болоте тонули. И восход солнца, и туманы утренние, и как лес просыпается, как птицы запевают, как колеса хрустят по белому мху, как полозья свистят на морозе — все это я с детства полюбил и пережил». Это все вятский край, взрастивший немало художников, а среди них таких, как Аркадий Александрович Рылов и как товарищ Чарушина Юрий Алексеевич Васнецов. Однако природа нигде не бывает дурна (если только она слишком уж не загажена и не изуродована) и везде способна пробудить художника — и в пустыне, и в тундре, и в горах, и в степях. Да и рос-то Чарушин, в конце концов, не в глухой лесной сторожке, под сенью дерев, а в городе, губернском центре, пусть и не из больших, но способном дарить свои собственные, чисто городские впечатления. Правда, Вятка не блистала архитектурными красотами — замечательными ансамблями или хотя бы зданиями. Достопримечательностей всего-то в ней и было, что громадный собор,...

    © 2000- NIV