• Приглашаем посетить наш сайт
    Житков (zhitkov.lit-info.ru)
  • Cлово "ЖИЗНЬ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D F I L N O P S T V
    Поиск  

    Варианты слова: ЖИЗНИ, ЖИЗНЬЮ

    1. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 3.
    Входимость: 40. Размер: 81кб.
    2. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 4.
    Входимость: 20. Размер: 66кб.
    3. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина.
    Входимость: 15. Размер: 34кб.
    4. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 2.
    Входимость: 9. Размер: 30кб.
    5. Чарушин Евгений Иванович (с сайта funeral-spb.narod.ru).
    Входимость: 7. Размер: 19кб.
    6. Герасимова Д.: Чарушин Е. И. Волшебный мир зверей и птиц.
    Входимость: 5. Размер: 20кб.
    7. Шейкина С. А.: Литературный календарь. Чарушин Евгений Иванович.
    Входимость: 4. Размер: 7кб.
    8. Чарушин Евгений Иванович (с сайта biography-peoples.ru)
    Входимость: 3. Размер: 7кб.
    9. Глоцер В.: Мир Евгения Чарушина (рецензия на книгу Э. Кузнецова "Звери и птицы Евгения Чарушина").
    Входимость: 2. Размер: 12кб.
    10. Траугот В.: Волшебный мир Чарушиных (династия Чарушиных).
    Входимость: 2. Размер: 10кб.
    11. Габбе Т.: Евгений Чарушин.
    Входимость: 2. Размер: 15кб.
    12. Бродский И. А.: Послесловие к книге "Болтливая сорока".
    Входимость: 1. Размер: 2кб.
    13. 110 лет со дня рождения Евгения Ивановича Чарушина (100 имен: биографический словарь - 1999).
    Входимость: 1. Размер: 6кб.
    14. Птичье озеро.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.
    15. Любимова И.: Евгений Иванович Чарушин.
    Входимость: 1. Размер: 9кб.
    16. Ивановская областная библиотека для детей и юношества: Евгений Иванович Чарушин.
    Входимость: 1. Размер: 6кб.
    17. Болтливая сорока.
    Входимость: 1. Размер: 8кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 3.
    Входимость: 40. Размер: 81кб.
    Часть текста: все затягивающиеся литературные сидения. Ревновал? Может быть, и ревновал, но главным было не то. Он убежден был, что художник обязан высказываться исключительно «средствами своего искусства... Он не мог простить Чарушину, что тот еще и пишет рассказы. Значит, он недостаточно одарен в своей области, если его тянет в соседнюю» 17 . Понимая своего ученика как художника (может быть, так, как тот сам себя не понимал), Лебедев оказался нечуток к нему как к человеку. В литературу Чарушина привели не неудовлетворенность собой или недоверие к себе как к художнику, и не жажда славы, и не желание утвердиться и здесь. Не подвижник, не фанатик, не честолюбец, жизнь свою он воспринимал цельно и не в силах был разделять на что-то главное (чему надо посвящать себя целиком) и не главное (без чего можно обойтись). Недаром в одной из своих поздних статей, объясняя ребятам, что такое родина, он писал: «А ведь родина — это и запах сосны и ели, и аромат полей, и поскрипывание снега под лыжами, и синее морозное небо, и воспоминание о варке ухи на берегу» 18 . Конечно, «главное» было — его труд художника и писателя. И это главное, конечно, отнимало значительную часть его мыслей, чувств и сил. Но и все остальное ему было нужно, ни от чего он не мог отказаться: и охота, и семейные хлопоты, и возня с птицами и зверями, и поездки за город, и проказы с друзьями за праздничным столом, и изобретение странных машин — все, все это давало ему ощущение полнокровности жизни. Творчество не было для него средством к чему-то — от возвышенного «учить», «воспитывать» до житейского «зарабатывать», «выдвигаться», хотя и заработкам, хорошим заработкам признанного мастера он был рад и известностью наслаждался искренне. Творчество было для него потребностью, частью его существа и существования. И желание писать возникло у него от нормального...
    2. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 4.
    Входимость: 20. Размер: 66кб.
    Часть текста: Потом война придвинулась ближе — ближе некуда: с Карельского перешейка доносился гул пушек, по всему Ленинграду было строжайшее затемнение, а в подъездах тускло засветили больнично-тревожные синие лампочки. Финская война кончилась быстро, но тревога осталась до июня 1941 года. Правда, когда началась война, первое время казалось, что все еще как-то обойдется и можно не уезжать. Чарушин попробовал делать плакаты в агитационном коллективе «Боевой карандаш» и успел напечатать литографированную сатирическую открытку «Фашистский волк». Работа эта была явно не по его возможностям, но во время войны о таких вещах не задумываются. Потом положение стало тревожным, начались бомбежки и обстрелы. После событий под Лугой стало ясно, что уезжать необходимо и можно не успеть. Они успели — попали в один из последних эшелонов, везший коллектив Большого драматического театра, по удивительному стечению обстоятельств, в город Киров, то есть в бывшую Вятку, на родину. «Они» это были: Чарушин, его отец Иван Аполлонович, незадолго до того переехавший в Ленинград (а мать давно умерла), жена и сын Никита. Поезд шел семь дней. Сначала — под почти непрекращающуюся бомбежку. Ложились на нары все вместе, кучей, Никиту клали снизу: умирать всем вместе. Но пронесло. После Волхова стало вдруг тихо, и тишина...
    3. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина.
    Входимость: 15. Размер: 34кб.
    Часть текста: свои поездки... Ездили мы и днем и ночью, лесами и лугами, в пургу и осеннюю непогоду... И волки за нами гнались, и въезжали мы на токовища тетеревов, и глухарей вспугивали с вершин сосен. Случалось, что и в болоте тонули. И восход солнца, и туманы утренние, и как лес просыпается, как птицы запевают, как колеса хрустят по белому мху, как полозья свистят на морозе — все это я с детства полюбил и пережил». Это все вятский край, взрастивший немало художников, а среди них таких, как Аркадий Александрович Рылов и как товарищ Чарушина Юрий Алексеевич Васнецов. Однако природа нигде не бывает дурна (если только она слишком уж не загажена и не изуродована) и везде способна пробудить художника — и в пустыне, и в тундре, и в горах, и в степях. Да и рос-то Чарушин, в конце концов, не в глухой лесной сторожке, под сенью дерев, а в городе, губернском центре, пусть и не из больших, но способном дарить свои собственные, чисто городские впечатления. Правда, Вятка не блистала архитектурными красотами — замечательными ансамблями или хотя бы зданиями. Достопримечательностей всего-то в ней и было, что громадный собор, построенный горемыкой Вит- бергом во время его вятской ссылки. Но город был по-своему хорош. Особенно и общепризнанно с реки: на трех крутых холмах теснились маленькие ярко выкрашенные домики, большей частью деревянные...
    4. Кузнецов Э.: Звери и птицы Евгения Чарушина. Часть 2.
    Входимость: 9. Размер: 30кб.
    Часть текста: кое-как самодеятельно приспособленные к потребностям иной жизни. Экономили на носках, покупая чулки и обрезая и подвертывая их, когда они снашивались. При всем том пытались франтить. Чуть ли не сами шили себе наимоднейшие штаны-гольфы. Из Вятки бабушка слала Чарушину и его друзьям шерстяные носки домашней вязки — пестрые, с петушками, с узорами. С гольфами такие носки выглядели почти элегантно. Самому Чарушину жилось несравненно лучше других. Правда, он еще донашивал штаны, сшитые из суконной скатерти, на которой от влаги начинали проступать споротые узоры. Но зимой он ходил в роскошной пыжиковой шапке и в мохнатой куртке из собачьего меха. Он все время получал из дому посылки с едой, и посылки эти, неизменно упакованные в одинаковые, липового дерева, ящики из-под масла, уничтожались в тот же день при участии набегавших друзей. Уничтожения назывались оргиями, при всем том, что жизнь была самая скромная: пили редко и мало, и посещения любимой пивной «Олень» оказывались пределом разгула. Всегда общительный, интересный людям, вызывающий...
    5. Чарушин Евгений Иванович (с сайта funeral-spb.narod.ru).
    Входимость: 7. Размер: 19кб.
    Часть текста: архитектора Ивана Аполлоновича Чарушина, одного из видных архитекторов Урала. По проектам Ивана Чарушина было построено более 300 зданий в Сарапуле, Ижевске, Вятке. Был он, как любой архитектор, хорошим рисовальщиком. Семья Ивана Аполлоновича Чарушина жила широко и очень дружно. В доме собирались музыканты, художники, а сам дом был наполнен необыкновенными вещами, привезёнными дядей маленького Жени из Китая, Вьетнама, Японии, с Сахалина. Любовь к природе родители прививали сыну с детства: "Отец брал меня во все свои поездки по Кировской области. Ездили мы и днём и ночью, лесами и лугами, в пургу и осеннюю непогоду. И волки за нами гнались, и въезжали мы на токовище тетеревов, и глухарей вспугивали с вершин сосен. И восход солнца, и туманы утренние, и как лес просыпается, как птицы запевают, как колёса хрустят по белому мху, как полозья свистят на морозе - всё это я с детства полюбил и пережил". В формировании характера мальчика огромную роль сыграла его мама, Любовь Александровна (урождённая Тихомирова). "Моя мать, - вспоминал Евгений Иванович, - садовод-любитель. Копаясь в своем садике, она делала прямо чудеса. Конечно, я принимал участие в ее работе. Вместе с ней ходил в лес собирать семена цветов, выкапывать разные растения, чтобы их "одомашнить" в своем саду, вместе с ней выкармливал уток и тетеревов, и моя мать,...

    © 2000- NIV